94-й год. И пришёл Марио...

94-й год. И пришёл Марио...

Из книги П. Гринёва
"Мои 90-ые..."

В 1994-м году у меня, и у всех моих друзей, появилась настоящая страсть, которая изменила всю нашу жизнь. И имя ей – компьютерные игры! Именно в том году я впервые увидел на экране телевизора того маленького человечка в кепке, которого зовут Марио. Именно тогда мне впервые довелось управлять маленьким танком, смело защищая свой штаб от вражеских танков. И именно в то самое время одно слово «Денди» было на устах всей нашей дворовой детворы.

Впервые мне довелось увидеть воочию компьютерную игру во второй половине 94-го года, когда я был в гостях у Пашки Торопова. Было это однажды вечером, после того, как он уже вернулся из садика. Насколько я помню, мне сказал Виталик, что у Ваньки (брат Пашки) появилась приставка, и мы пошли к нему. У них был один-единственный маленький чёрный телевизор, который стоял на деревянной тумбе, на высоте полтора метра. Напротив него, в другом конце комнаты, стоял диван, на котором мы сидели. И вот как нам удавалось что-либо рассмотреть с расстояния почти двух метров на этом малюсеньком телевизоре – сейчас я удивляюсь. Но это было уже неважно, ведь главное, что в тот раз мы впервые держали в руках джойстик и просто офигевали с того, что этот маленький дядька, которого звали Марио, прыгает на экране, потому что мы нажимали кнопку. Это просто было ВСЁ! Это была вся жизнь! Боже, как это было удивительно и прекрасно... Помню, что после Марио мы играли в Танчики и в гоночки, которые назывались Road Fighter. Это было божественно.

Затем, году в 95-м или может раньше, приставка «Dendy Junior» появилась у Антона. Я не помню, при каких обстоятельствах, но могу точно сказать, что именно у Антона я впервые в жизни поиграл в игру всех времён и народов – Контру. Был у него замечательный картридж «Super Hik 1994», в котором было 4 игры, среди которых – Контра, Лайф Форс, Джакал и Рашн Аттак. В эти четыре игры мы резались часами, как с ним вдвоём, так и с Димкой и Виталиком, когда приходили к ним вместе. Очень жаль, что через пару лет, когда я спросил об этом картридже у Антона, он не помнил, где он и кому его дал. С тех пор, на долгое время, Джакал и Рашн Аттак остались у меня лишь в воспоминаниях. Как бы то ни было, не могу сказать, что у Антона мы часто играли в приставку. Когда я у него бывал, мы обычно строили себе халабуду в его двухъярусной кровати и играли в солдатиков. Возможно, я просто не помню, как мы играли в приставку, но всё-таки по-моему это было не часто.

У Пашки в приставку мы тоже играли редко, в основном из-за того, что я не часто бывал у него в гостях. Практически каждый день в 94-м году после того, как он приходил из садика, примерно в 17:30, он сразу приходил ко мне, а приставку свою ко мне он никогда не приносил, наверное, потому что тогда она больше принадлежала Ваньке. В свои 13 лет он явно не хотел доверять такую ценность своему 5-летнему брату, и я его сейчас вполне понимаю.